Молодой корнет Фёдор Фёдорович Кистер после дуэли сдружился с нелюбимым в полку бретёром Лучковым. Будучи человеком добрым, отзывчивым и честным, он старается помочь озлобившемуся на весь свет Лучкову почувствовать себя полновесным, настоящим человеком. © Storytel
Слушать
Форматы: MP3,M4B Фрагмент: https: //www.litres.ru/audiotrial/?art=25917452
Аудиокнигу «Бретёр» можно скачать бесплатно по подписке
Михаил Салтыков-Щедрин В связи с критикой «вздорных» нравоучительных повестей Салтыков высказывался не только по вопросам воспитания, но касался целого ряда самых разнообразных проблем, начиная от критики силлогизма формальной логики и кончая обличением крепостнического режима. Разбирая «Рассказы детям из древнего мира» К. Беккера, Салтыков писал о преобразующей роли художественной литературы, пробуждающей в обществе «сознание собственных его…
Александр Куприн «Познакомились мы друг с другом в прелестном княжестве Монако в 1912 году. Я в то лето без всякого труда, свободно и весело выиграл в казино Монте-Карло (в Карлушкиной Горке, как называет И. С. Шмелев) несколько десятков тысяч франков. Я бы, пожалуй, продолжал и дальше играть, но это не вышло. Последний, взятый мною куш…
Александр Куприн «…Вапнярский пехотный армейский полк расквартирован в жалком уездном юго-западном городишке и по окрестным деревням, но один из его четырех батальонов поочередно отправляется с начала осени за шестьдесят верст в отдел, в пограничное еврейское местечко, которого не найти на географической карте, и стоит там всю зиму и весну, вплоть до лагерного времени. Командиры рот…
Леонид Андреев Книга «Иго войны» прозаика, драматурга, публициста, одного из самых известных писателей России начала ХХ века Леонида Андреева имеет подзаголовок «Признания маленького человека о великих днях». Она написана в форме дневников, в которых представлены события Первой мировой войны – такими, какими их увидел самый обычный, скромный, заурядный бухгалтер Иван Петрович Дементьев. Перед вами трогательный,…
Александр Грин «Я знаю, что такое отчаяние. Наследственность подготовила мне для него почву, люди разрыхлили и удобрили ее, а жизнь бросила смертельные семена, из коих годам к тридцати созрело черное душевное состояние, называемое отчаянием. Мой дед, лишившись рассудка на восьмидесятом году жизни, поджег свои собственные дома и умер в пламени, спасая забытую в спальне трубку,…